История, Как Возникло Древнерусское Государство, История рода Рюриковичей, Старинные Печати, Государственный Герб России: от первых Печатей до наших Дней, Символы и Святыни России в Картинках, Преподобный Феодосий Кавказский, Русские Святые, Как Появились Награды в России, Портреты Российских Царей, Генералов, Изображения Наград, Русские Народные Игры, Русские Хороводы, Русские народные Поговорки, Пословицы, Присловья, История Древней Греции, Чудеса Света, История Развития Флота, Автомобили Внедорожники, Отдых в Волгограде

Меню Сайта

Главная

Как Возникло Древнерусское Государство

Русские князья период от 1303 до 1612 года

Династия Романовых

История России с конца XVIII до начала XX века

История и мистика при Ленине и Сталине

История КГБ от Ленина до Горбачева

История Масонства

Казни

Государственный Герб России: от первых Печатей до наших Дней

Символы и Святыни Русской Православной Церкви

Символы и Святыни России в Картинках

Портреты Российских Царей, Генералов, Изображения Наград

Награды Российской Империи

Русские Народные Игры

Хороводы

Русские народные Поговорки, Пословицы, Присловья

История Древней Греции

Преподобный Феодосий Кавказский

Русские Святые

Чудеса Света

Алгоритмы геополитики и стратегии тайных войн мировой закулисы

Катастрофы

Реактивные самолеты и ракеты Третьего рейха

История Великой Отечественной Войны, Сражения, Нападения, Операции, Оборона

История формирования, подготовка, и выдающиеся операции спецподразделений (спецназа)

История побед летчика Гельмута Липфера

История войны рассказанная немецким пехотинцем Бенно Цизером

Мифы индейцев Южной Америки

История Развития Флота

История развития Самых Больших Кораблей

Постройка моделей Кораблей и Судов

История развития Самых Быстрых Кораблей

Автомобили Внедорожники

Вездеходы Снегоходы

Танки

Подводные Лодки

Туристам информация о Странах

Отдых в Волгограде

Магазин

Туризм. Рыбалка. Термобелье. Массажеры. Отпариватели. Тренажеры. Корсеты. Корректоры осанки. Доставка почтой, оплата на почте при получении товара.

Loading

Юрий Долгорукий

Юрий (Георгий) Владимирович Долгорукий (кон. 1090-х гг. XI в. — 1157). Правил в 1155—1157, великий князь Суздальский и Киевский, основатель Москвы. В 1120 году ходил на волжских болгар. В 1125 г. перенес столицу Ростово-Суздальской земли, закрепленной за ним его отцом Владимиром Мономахом, из Ростова в Суздаль, став самостоятельным князем. Повел борьбу за великокняжеский киевский престол, активно участвуя в распре русских князей. В 1147 г. созвал в Москве союзников, о чем написано в летописях, и это упоминание является первым упоминанием Москвы. В 1156 г. укрепил город.

ШЕСТИЛЕТНИЙ КНЯЗЬ

Юрий Владимирович родился приблизительно в 1090—1091 гг. Отцом его был Владимир II Мономах, а матерью неизвестная, не упоминаемая в русских летописях и иностранных хрониках вторая жена Владимира Мономаха.

В 1096 г., когда Юрию исполнилось 6 лет, Владимир Мономах поставил его на княжение в Ростово-Суздальскую землю. То был стратегически точный ход. Ростово-Суздальская земля, завещанная еще Ярославом Мудрым сыну Всеволоду, перешедшая затем к Мономаху, была богатейшей областью. Ее территория простиралась далеко на север с запада, юга и юго-востока, омывалась водами Оки и Волги. Во второй половине XI в. сюда устремились из Поднепровья, Новгородской земли русские люди, гонимые злыми ветрами распри и другими причинами, о которых речь пойдет позже.

Владимир Мономах устроил торжественный обряд водружения на княжеский престол шестилетнего Юрия и отправил сына в Ростов. С мальчиком уезжал в Заокскую землю и его учитель Георгий Симонович, известный в Киеве человек, потомок «заезжего варяга» Шимона. Еще во времена княжения Ярослава Мудрого тот явился в Киев из Скандинавии, принял крещение по православному обряду, стал Симоном, приобрел популярность и авторитет среди сограждан.

Человек деловой и щедрый, Симон пожертвовал огромную сумму денег на основание в Киеве Печерского монастыря. На его деньги построили Великую церковь (Успенскую). Его сын Георгий, высокообразованный и талантливый, был приближен ко двору, а Владимир Мономах доверил ему воспитание и обучение сына Юрия. Георгий Симонович оказался не только хорошим педагогом, но и верным другом, помощником, и управителем.

 

Юрий Владимирович Долгорукий

Русские летописи и другие источники не балуют любопытных людей фактами из ранней жизни Юрия Владимировича, сменившего на Ростовском княжеском престоле старшего брата Мстислава.

Юрий Владимирович участвовал в некоторых важных делах отца, в 1120г. совершил с ростово-суздальской дружиной поход на волжских болгар, активизировавших свои действия на восточных границах владений сына Мономаха, нанес противнику поражение, захватил богатый обоз и много пленных. И на 5 лет его имя исчезло со страниц русских летописей.

 

Великий князь Изяслав. 1148 год. Изяслав в собрании новгородцев и псковитян предлагает им защиту против оскорблений князя Суздальского.

Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

ЯРОПОЛК И ЮРИИ ДОЛГОРУКИЙ

После смерти Мстислава 15 апреля 1132 г великокняжеский стол занял по старшинству следующий сын Владимира Мономаха — Ярополк, и с этого же года в активную политическую жизнь Киевской Руси включился князь Суздальский. 17 апреля, в воскресный день, состоялась торжественная церемония вступления Ярополка на великокняжеский престол. Искренно радуясь за брата, Юрий Владимирович после празднеств не уехал в Ростово-Суздальскую землю, где ждали его важные дела и проблемы. Столь странное поведение объяснялось тем, что в Киеве с вокняжением Ярополка дела для Мо-номашичей ухудшилось в связи с обострением противоречий между ними и удельными князьями, а также между самими удельными князьями.

Причиной очередного раздора стала Переяславская земля — богатая, обширная область на юге Киевской Руси. Черниговские и другие удельные князья попытались разодрать на куски, растащить по своим уделам богатую землю. Ярополк повел себя в этом деле странно, будто бы забыл, что ему нужно заботиться об укреплении центральной власти, а не потакать амбициям удельных князей. Юрий Владимирович, предчувствуя беду, ушел из Киева в Остерский Городец, зорко наблюдая за ситуацией. По соглашению с Ярополком в Переяславль ворвался Всеволод Мстиславич, что явилось сигналом для других удельных князей. Они быстро снарядили дружины. Но князь Суздальский их опередил. «Всеволод утром сел в Переяславле, а до обеда его выгнал Юрий». Это был поистине прыжок барса. Изгнав из города племянника, Юрий вернул Переяславль центральной власти и через восемь дней уехал в Городец.

На этом дело вокруг Переяславля не закончилось. Еще несколько раз внуки Мономаха посягали на город. Юрий Владимирович лишь тогда успокоился, когда княжество Переяславское досталось брату Вячеславу. Свято исполняя отцовский наказ, он горой стоял за дело Мономашичей.

 

Юрий Долгорукий в Смоленске.

Рисунок. XV в.

Но они не всегда отвечали ему тем же. Вячеслав, человек со странностями и с причудами, правитель вялый и посредственный, часто грубо говорил будущему основателю Москвы: «Я был бородат, когда ты только народился». В этой реплике сквозила спесь избалованного человека — недоброго и бестолкового.

Распря разгоралась с каждым днем. Юрий Владимирович принимал в ней участие на стороне Ярополка. Черниговский князь Всеволод Ольгович вместе с князьями Изяславом и Святославом Мстиславичами ранней весной 1134г. чуть было не захватили Киев. Неожиданно напали они на пригороды, опустошили их. «Одних людей уводили, других убивали, — сказано в летописи. — Аюди не могли перебраться через Днепр и переправить скот». Князья подошли к Киеву, три дня простояли у города и вдруг, словно напуганные птицы, отступили и побежали в Черниговскую землю.

Кто же их вспугнул? Вероятнее всего это сделал Юрий Владимирович, с которым они совсем недавно бились на Ждановой горе.

 

Честность Всеволода. 1139 год. Великий князь, видя ночью во время договоров в осажденном им Переяславле пожар, не хочет им пользоваться.

Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

НА ЖДАНОВОЙ ГОРЕ

За год до описываемых событий в Новгороде правил Всеволод. Летом он одержал победы над племенами чудь, взял Юрьев (Дерпт). Вдруг к нему явился Изяслав Мстиславич. Весной он уступил не без участия Юрия Владимировича город Переяславль дяде Вячеславу, получив в обмен Туров и Пинск. Вскоре Вячеслав отнял у него Туров, а князь Суздальский — Переяславль. Очень он обиделся на дядей. Всеволод успокоил его:

— Я, брат, завоюю для тебя Суздальскую землю.

Их поддержало новгородское вече, но поход провалился. Неподалеку от Дубны Всеволода встретила крупная рать противника. Новгородцы драться не решились и повернули назад. Подъезжая к Новгороду, князь узнал неприятную новость о том, что горожане взволновались, сменили нескольких посадников, сбросили с моста одного из них, обвинив несчастно во всех своих бедах, главной из которых был неурожай. Несколько последних лет Новгородская земля не давала урожая. Голодали люди. Посылая дружину Всеволода на юг, они надеялись на добычу. А тут одни растраты.

Злой и голодный народ собрался на вече, призывая князя вновь идти в поход. Стояли последние дни декабря. Студеное время. Время праздников. Только не до праздников было новгородцам.

—  Собирай дружину в поход! — кричали новгородцы. — Не страшен нам мороз лютый. Мы возьмем Суздаль.

Не отговорили их князь и митрополит Киевский Михаил. Надоели им разговоры, арестовали они митрополита, встали в строй, и повел их князь 31 декабря 1133г. в Суздаль.

Через 26 дней они вышли к Ждановой горе и увидели огромное войско противника. Большая белая гора. На ней белые люди. Тоже русские, и тоже — белые. Только — сытые.

Вскарабкались голодные новгородцы наверх, начался бой. И Жданова гора быстро покраснела. Бой был равным, но Всеволод дрогнул, оставил своих людей и бежал позорно с поля боя. Все поняли, что битву сегодня выиграть никому не удастся. И страсти на Ждановой горе быстро угасли.

Быстро подсчитали убитых. Новгородцы потеряли чуть больше. Наутро продолжать битву всем расхотелось. Голодныеи сытые заключили мир. Всеволод мог в этой битве по достоинству оценить полководческое дарование противника. И не удивительно, что он сбежал из-под Киева от Юрия Долгорукова.

НИКТО НЕ ХОТЕЛ УСТУПАТЬ

Однако борьбу он продолжил, прислав в Киев ультиматум:

— То, чем отцы наши владели при ваших отцах, должно быть нашим. Если не дадите, то пожалеете. Ваша будет вина.

В этот момент Мономашичи продемонстрировали единство. Юрий Владимирович поднял войско, быстро преодолел расстояние от Городца до Киева, встал лагерем возле города. Вскоре и второй Мономашич, Андрей, подоспел на помощь, а за ним явилась дружина Вячеслава, который княжил в Туро-ве. Защитники окружили город плотным кольцом, приготовились к боевым действиям.

Всеволода напугали мощь и единство Мономашичей. Он надеялся на разлад в стане противника, но случилось обратное: Всеволода покинули половцы, а затем начались споры между князьями. Мономашичи имели возможность разгромить врага, но они спокойно дожидались активных действий Ольговича. Двадцать дней стояли друг против друга две рати. Наконец Черниговский князь понял, что у него нет шансов выиграть войну, и послал в Киев людей с повинной. Ярополк довольствовался этим. Князья заключили мир.

Княжество Переяславское осталось за Киевом, в Переяславль был поставлен младший Мономашич — Андрей, а Юрий возвратился в Ростово-Суздальскую землю.

РАСПРЯ И ЗАОКСКАЯ ЗЕМЛЯ

Прежде чем перейти к рассказу о дальнейшей судьбе Юрия Владимировича, прозванного Долгоруким за активную политику на далеком от Ростова юге, необходимо напомнить о том, что некоторые ученые обвиняют князя Суздальского в неоднократных попытках захватить Переяславскую землю, присоединить ее к северным владениям.

Даже если Юрий Долгорукий и стремился объединить два важных региона, упрекать его в том несправедливо и смешно. Смешно хотя бы потому, что о подобных приобретениях мечтали все князья. А несправедливо потому, что не в этом состояла суть деяний Юрия Долгорукова.

 

Перемирие Киевского князя Ярополка с Новгородским князем Всеволодом. 1139 год.

Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

Начиная с 1132г. вся его жизнь внешне представляла собой чисто суматошный перескок с одной горячей точки Киевской Руси в другую. Он метался в сложнейшем многоугольнике с вершинами в Ростове и Суздале, Новгороде и Чернигове, Киеве и Переяславле; он боролся против Ольговичей и Мстиславичей, ссорился с Мономашичами, пытался проводить в жизнь новую для Киевской державы доктрину государственной власти. В Ростово-Суздальском княжестве эта идея, хотя и с трудом, проводилась в жизнь, в других же областях она встречала ожесточенное сопротивление.

Юрий Долгорукий первым на Руси решился создать централизованное государство. Но, как и все Рюриковичи (за редким исключением), он был слишком гуманным человеком, чтобы достичь заветной цели, к которой, надо помнить, в те же самые десятилетия устремились ближайшие предки Чингисхана, обитавшие в долинах Забайкальских рек Орхон, Онон и Керулен.

Возвращаясь в 1134г. в Суздальскую землю, Юрий Владимирович мог продвигаться теми путями, по которым уже несколько десятков лет шли с запада на восток люди, гонимые с родных мест разными причинами: снижением экономической эффективности знаменитого пути «из варяг в греки» и, какследствие этого, относительным упадком хозяйственной активности густо заселенных районов, расположенных в непосредственной близости от Днепра; непрекращавшейся распрей, опустошительными походами русских князей и столь же опустошительными налетами степняков (и те, и другие выбирали для своих разборок и налетов местности побогаче); желанием людей мирных жить без страха за свое будущее и своих детей. Перемещению людей не мешали древние обычаи, существовавшие в Восточной Европе задолго до прихода варягов. Первоначальная история России определяется двумя важными фактами, неизвестными Западной Европе: понятием о единстве территории и бродячим состоянием народонаселения.

Государственная территория, очерченная оружием первых Рюриковичей, считалась наследием всего княжеского рода и всех русских людей. Народонаселение не знало тех замкнутых, узких сфер, в которых проходила жизнь западноевропейского земледельца или горожанина. Вольно ходил и переходил он по общему отечеству. Он не рисковал, выходя из своего города или волости, наткнуться на чуждую область, на враждебное государство. Везде была одна и та же Русская земля, раскинувшаяся на необъятное пространство, отдельные части не составляли самостоятельных политических тел ни в глазах князей, ни в глазах служилых людей и крестьян. Князья смотрели на свою волость как на временное владение, в котором они сидели до первой перемены в Киевском княжении.

Рост числа городов в Восточной Европе, о котором говорят многие ученые, был бы невозможен или крайне затруднен, если бы таких обычаев не существовало, а распря, вспыхнувшая в 1077 г. между внуками Ярослава Мудрого, увеличивала число людей, покидавших родные места. Любопытно, что чем больше людей покидало в IX—XI вв. богатые, обжитые земли и уходило в края неизведанные, обустраиваясь там, — тем резче проявлялся антагонизм между княжествами старыми и новыми, тем больше мирных людей покидало обжитые районы...

 

Рождественский собор в Суздале. Врата. XIII в.

Таких людей называли «бродниками». Это слово имеет несколько значений. Князь Кий мог быть бродником — человеком, владеющим бродом (переправой). Бродниками называли и тех, кто уходил в степи, соблазняясь прелестями вольной жизни, быстро дичал там (как быстро дичают кони без людей), нанимался в дружины, ходил на печенегов, затем на половцев и, в составе отрядов степняков, — на Русскую землю. Но были и такие люди, которые шли по Руси в поисках спокойной жизни, невоенной.

Эти бродники сворачивали с Днепра и уходили с захоженных дружинниками дорог на невеликие реки, неширокие дороги; искали укромные уголки, окруженные лесными дебрями и болотами, озерами и холмами, обживались здесь, ни с кем не воюя, никому не мешая, а лишь работая изо дня в день. Они добирались до Оки с запада через Угру. Некоторые оседали на берегах быстрой реки, в среднем и верхнем течении которой жили вятичи. Другие сворачивали на Москву-реку — совсем уж невеликую, небурную, которую вполне можно назвать Окской заводью. И не только Окской, но и заводью бурного потока истории, по которому мчалась Восточная Европа.

По реке Москве поднимались люди на стругах, появившихся в Восточной Европе в XI в., или на ладьях; люди доплывали до Боровицкого холма (бор тут сосновый стоял, густой, тысячелетний) и останавливались здесь.

МОСКОВСКОЕ ПРОСТРАНСТВО

Территория, ограниченная современной Московской областью, уже в XI в. могла прокормить, обуть-одеть, защитить и душевно порадовать не один десяток тысяч человек, упорных и трудолюбивых.

У тех, кто здесь оседал, было жадное желание мирно жить. Было и время, любезно предоставленное им историей: из летописей ясно, что все великие события XI—XII вв. совершались в других областях Восточной Европы. Московское пространство долгое время развивалось в себе. Это не значит, что местные обитатели несколько веков катались как сыр в масле! Жизнь в ближних и дальних окрестностях Боровицкого холма в XI в. вполне можно сравнить с жизнью загадочных аккадских племен, которые, спасаясь от преследователей (современной истории не известных), осели на рубеже IV—III тысячелетий до н. э. в болотистых долинах Тигра и Евфрата и превратили не пригодный для жизни край в один из великолепнейших садов мировой цивилизации.

Земля московская самодостаточна и самоценна. В конце XX — начале XXI в. эта мысль никого не удивит, но еще в XVI—XVII вв. иностранные путешественники и гости Московии удивлялись обилию непроходимых дебрей и заболоченных лесных массивов, окружавших стольный град и его окрестности.

Князь Суздальский, победитель в битве на Ждановой горе, возвращаясь в 1134г. в Заокскую землю, понимал, в чем состояла главная цель того похода новгородцев. Конечно же, ходили они и за славой, и за добычей, но стратегической целью той войны, одной из важных составляющих политики новгородских князей являлась земля даже не Суздальская, а прилежащая к долине Москвы-реки. В этом Юрий Владимирович лишний раз убедился в 1135г., когда началась распря Киевского князя с князьями черниговскими.

Военные проблемы отвлекли князя Суздальского от хозяйственных дел. Да и многие летописцы, а затем и русские историки очень скупо отнеслись к тому, что в 1135 г. новгородцы решили построить на своих южных границах город Волок Дамский — на торговом пути из новгородских земель в Волго-Окский бассейн. Здесь было место волока судов из реки Ламы (притока Волги) в реку Волошню — приток Рузы, которая несет свои воды в Москву-реку.

Почему же сильные новгородцы, ранее использовавшие для торговли реки Днепр и Волгу, обратили внимание на тихую Москву-реку? Об одной причине уже было сказано: к тому времени «Днепровская дорога» потеряла былое экономическое значение. Но была и другая причина: к началу XII в. обитатели долины Москвы-реки экономически так окрепли, что могли представлять собой выгодного партнера. И первыми это почувствовали новгородцы.

За семь лет до основания Волока Ламского в Новгороде разразился страшный голод. «От жестокого, совсем необыкновенного холода вымерзли озими, — написано Н. М. Карамзиными в „Истории государства Российского", — глубокий снег лежал до 30 апреля, вода затопила нивы, селения, и земледельцы весною увидели на полях, вместо зелени, одну грязь. Правительство не имело запасов, и цена хлеба так возвысилась, что осьмина ржи в 1128 году стоила нынешними серебряными деньгами около рубля сорока копеек. Народ питался мякиною, лошадиным мясом, липовым листом, березового корою, мхом, древесного гнилью.

Изнуренные голодом люди скитались как привидения: падали мертвые на дорогах, улицах и площадях. Новгород казался обширным кладбищем; трупы заражали воздух смрадом тления, и наемники не успевали вывозить их. Отцы и матери отдавали детей купцам иноземным в рабство, и многие граждане искали пропитания в странах отдаленных». Неизвестно, с чьей помощью пережили новгородцы страшный голод, известно другое — пережили, и уже через год они вели бурную военную деятельность, успешно торговали с Готландией и Данией. Еще через четыре года они проиграли битву на Ждановой горе, а через несколько месяцев посчитали необходимым основать город Волок Ламский, связавший их с московской землей. А купцы вкладывают деньги только в надежные проекты.

 

Древнерусская ладья

Юрий Долгорукий, вынужденный участвовать в распре и отстаивать дело Мономашичей, не мог не обратить внимания на этот ход Новгорода, который основанием Волока Дамского, во-первых, «прорубил окно» в Московское пространство, во-вторых, сделал очередной шаг на юг. Сами по себе эти действия были полезными для экономического развития территории, ограниченной современной Московской областью. Но новгородцы всегда довлели к республиканскому способу правления, а в 1136 г. они на вече объявили свой город республикой. Тяга их к самостоятельности Юрию Владимировичу понравиться не могла.

 

Древний Новгород

Четыре, по своему интересные и в определенные моменты истории полезные для какой-либо конкретной страны, идеи государственного правления противостояли друг другу в Восточной Европе. Идея вечевой республики новгородцев уходит корнями в те времена, о которых писал еще Прокопий из Кесарии, упоминая в своем сочинении «Война с готами» племена славян и антов, обитавших в Восточной Европе «издревле». Идея первых Рюриковичей, создавших, по сути, аристократическое государство, в котором роль аристократов играли варяжские князья и славянские бояре.

Подобные государства и до, и после Рюриковичей не раз возникали на земном шаре. Достаточно вспомнить империю инков в Южной Америке, чтобы убедиться в этом. Идея удельных княжеств тоже не нова. Города-полисы Междуречья, Балканского, Апеннинского полуостровов и т. д. — яркое тому подтверждение. Идея централизованного государства известна людям со времен фараона Джосера и царя Аккадского Саргона I. Трудно сказать, что бы случилось, если бы уже в первой половине XII в. Киевская Русь выбрала себе один из этих способов правления, но совершенно ясно, что наличие сразу четырех систем, активно противоборствующих друг с другом, вносило лишнюю нервозность и усиливало напряжение между князьями, родами и землями.

В 1136г. в Новгороде вспыхнул мятеж. Народ не простил Всеволоду Мстиславичу позорного бегства со Ждановой горы, буйствовал два года, сменил двух князей на вече и призвал в Новгород Ростислава (сына Юрия Владимировича), что можно считать важной дипломатической победой князя Суздальского. Еще не остыли страсти в Новгороде, как Ольговичи объявили войну Мономашичам. Они имели на это право! Старший Ольгович, Всеволод, был не моложе великого князя Киевского и значит, мог занять великокняжеский стол! Ярополк, собрав огромную армию, поддержанный многими князьями, а также венграми и берендиями, подошел к Чернигову. Всеволод просил у Мономашича пощады. Ярополк исполнил просьбу, но Ольговичи не смирились с поражением, дожидаясь удобного момента для реванша. 18 февраля 1139 г. Ярополк умер.

Через четыре дня из Переяславля в Киев прибыл Вячеслав Владимирович. Его как государя встретил окруженный народом митрополит. Но государем Мономашич не стал. Всеволод Ольгович, старший из рода Рюриковичей, с небольшой дружиной подошел к столице, разрешил воинам грабить и жечь окрестности, послал в город гонца с требованием отдать ему власть. Вячеслав послал к Всеволоду митрополита со словами: «Я не хищник; но ежели условия наших отцов не кажутся тебе законом священным, то будь Государем Киевским: иду в Туров». В других произведениях его речь передается по-иному: «Я, брат, пришел в Киев на место братьев своих, Мстислава и Ярополка, по завещанию отцов наших. Ежели ты, брат, пожелал стола этого, и оставил свою вотчину, то я — меньше тебя и пойду в прежнюю свою волость, а Киев тебе».

Всеволод, князь Черниговский, уже пожилой, лысый, толстый, велебородый, большеглазый, с длинным носом и мясистыми руками (такой портрет дает ему В. Н. Татищев) въехал на белом коне в столицу, приблизился к духовенству, сошел с коня и целовал крест. Мономашичи надолго потеряли великокняжеский стол.

ДРЕВНИЙ ОБЫЧАЙ

После вокняжения Всеволода дела на юге Руси ухудшились. Началась борьба князей за богатые области. Центральная власть с каждым годом теряла силу и авторитет. Сдельные князья усиливались, выходили из повиновения, доказывали с оружием в руках свое преимущество. Ближайшие соседи, окружавшие Киевскую Русь крутым полумесяцем от Польши на западе до половецких степей на юге и волжских болгар — на востоке, всегда рады были помочь какому-либо князю. Все равно какому! Лишь бы получить деньги. Все чаще нападали на русские земли западные и северо-западные соседи — литовцы и шведы.

Мономашичи уступили верховную власть по закону, по обычаям предков. Нарушить их Юрий Владимирович не мог, хотя в течение 300 лет этот обычай несколько раз нарушался, в том числе и Владимиром Мономахом. «По смерти Святополка-Михаила, — пишет Н. М. Карамзин, — граждане Киевские, определив в торжественном совете, что достойнейший из Князей Российских должен быть Великим Князем, отправили Послов к Мономаху и звали его властвовать в столице. Добродушный Владимир давно уже забыл несправедливость и вражду Святополкову: искренно оплакивал его кончину, и в сердечной горести отказался от предложенной ему чести. Вероятно, что он боялся оскорбить Святославичей, которые, будучи детьми старшего Ярославова сына, по тогдашнему обыкновению долженствовали наследовать престол Великокняжеский».

Его отказом и временным безвластием воспользовались смутьяны, в городе начались грабежи и погромы. Горожане явились к Мономаху, сказали: «Спаси нас от неистовства черни... от грабителей!» Владимир, двадцать лет не рисковавший брать власть, нарушая обычай предков, смирился со своей долей и приехал в Киев. «Народ изъявил необычайную радость, и мятежники усмирились, видя Князя великодушного на главном

престоле Российском!» Какая идиллия! Какой счастливой концовкой завершалась та сценка из истории Руси, датируемая 1113г., когда Киев был еще очень силен. Не чувствовалось еще смрадное дыхание начавшегося изнутри разложения государства, еще люди могли думать государственно. В конце 1130-х гг. положение изменилось в худшую сторону. Центробежные тенденции, войны с половцами, фатальное ослабление центральной власти, смятение в душах киевлян и жителей других городов и областей Поднепровья, объятых распрей, — все порождало хаос как на личностном, так и на государственном уровнях.

 

Венчание на царство князя Владимира Мономаха. 1116 год. Гравюра Б. Чорикова. XIX в

.В сложившейся ситуации всеобщего эгоизма, медленно разлагающего Русь, старый обычай передачи власти лишь усугублял прогрессирующую болезнь. Время древних законов ушло. Но с каким упорством Рюриковичи держались за древние законы! Эта вера Рюриковичей в справедливость и вечную пользу старых законов пугала Юрия Владимировича, который не рискнул бросить вызов Всеволоду и перестал вмешиваться в дела на юге Руси. В 1140г. Всеволод стал готовить поход на Суздальскую землю.

Юрий Владимирович прибыл в Смоленск, где правил Ростислав Мстиславич, и заключил с ним союз против Всеволода. Новгородцы отказались воевать, как их ни уговаривал Ростислав (сын Юрия). За это князь Суздальский отнял у новгородцев Торжок. Новгородцы устроили бунт, который закончился избранием во второй раз Юрия Владимировича в князья. Но он вновь дипломатично отказался и отправил к республиканцам сына Святополка. В ответ на это Всеволод занял Остерский Городец, наследственный удел Юрия. А вскоре и новгородцы преподнесли очередной сюрприз: они посадили Святополка в епископский дом под домашний арест.

 

Великий князь Георгий Владимирович. (Юрий Долгорукий). 1156 год. Князь Георгий для предотвращения кровопролития отступает от осажденного им города Владимира.

Гравюра Б. Чорикова

Война между Всеволодом и князем Суздальским все же не разразилась. 1 августа 1146г. великий князь Киевский скончался. Н. М. Карамзин дает ему такую характеристику: «умный и хитрый, памятный отчасти разбоями междоусобия, отчасти государственными благодеяниями! Достигнув престола Киевского, он хотел устройства и тишины; исполнял данное слово, любил справедливость и повелевал с твердостию; одним словом, был лучшим из Князей Олегова мятежного рода».

Великим князем Киевским несколько месяцев был Игорь Ольгович, а затем власть узурпировал Изяслав, «благословенная отрасль доброго корня», — сын Мстислава Великого. Он «мог бы обещать себе и подданным дни счастливые, — пишет Н. М. Карамзин, — ибо народ любил его; но История сего времени не представляет нам ничего, кроме злодейств междоусобия. Храбрые умирали за князей, а не за отечество, которое оплакивало их победы, вредные для его могущества и гражданского образования».

Время правления Изяслава Мстиславича было временем жестокого противостояния двух крупных государственных деятелей — великого князя Киевского и князя Суздальского. В этом противоборстве не только проявились личностные качества вождей, но обозначилась будущая трагедия столицы совсем недавно могучей державы. Русские люди дрались за власть в Киеве и за обладание великолепным, сильно раздутым варяжским ветром городом.

Но парадокс и смысл надвигавшейся трагедии состояли в том, что Киев и все его богатства если и нужны были таким людям, как Юрий Долгорукий, то уже только в качестве раритетной игрушки, которой можно было при случае похвалиться внукам: «А я Киев брал, а эта золотая побрякушка из Киева!» Да-да, только так, — грубо, нелицеприятно — можно охарактеризовать то время для города, который по красоте и величию являлся в Европе третьим после Константинополя и Кордовы. Город — большая шкатулка немодных, но драгоценных безделушек.

КАК НАЧИНАЛАСЬ МОСКВА

Весна. Март. Первые дни 1147 года (год на Руси начинался 1 марта). На Руси царила междоусобная кутерьма. Князь Рязанский напал на Суздальские земли. Юрий Долгорукий, узнав об этом, оставил город Козельск и отправился в свои владения. В это время дела у Святослава, союзника Юрия Владимировича, были совсем плохи. Изяслав Мстиславич, подоспев на помощь черниговцам, осаждавшим Путивль (родной город Святослава), вынудил защитников сдаться. Победители разграбили богатое имение Святослава, не пощадили даже церковь Святого Вознесения, изъяли утварь и бесценные фолианты, взяли в плен 700 рабов.

Ободренная успехом рать великого князя направилась к Новгороду, где находился Святослав, надеявшийся на помощь Юрия Владимировича. Князь Суздальский, однако, больше думал о своих владениях. К Святославу он послал сына Ивана. Тот сражался храбро, не щадя себя. Но сил у Изяслава было больше. Не желая сдаваться ему, Святослав бежал с дружиной из Новгорода в «лесную землю Карачевскую» (современная Брянская область).

Князь Киевский послал вдогонку отряд в 3000 конников. Расстояние между беглецами и преследователями быстро сокращалось. У Святослава осталось два выхода: либо драться, либо покориться врагу. Князь Новгородский бросил в бой дружину, подкрепленную отрядом половцев, и в отчаянной схватке разгромил врага. Вскоре и Юрий Владимирович одержал победу над рязанцами, отогнал их на юг, после чего захватил Торжок. Святослав ворвался в Смоленскую область, разорил слабо укрепленные города в долине реки Протвы — в Голядской земле.

Юрий Долгорукий решил отпраздновать победы и, как написано в Никоновской летописи, послал к Святославу приглашение: «Буди, брате, ко мне, к Москве... Любезно целовастася в день Пятка на Похвалу Богородицы». 28 марта 1147г. союзники встретились на берегу Москвы-реки на Боровицком холме, и этот день считается днем рождения столицы будущего огромного государства.

Святослав прибыл в Москву в конце марта. Летописцы ничего не говорят о погоде в день пира, но «марток не скидывай порток» был и в те годы «марток», а значит, в небольшом городке (или селении) уже тогда имелись вместительные и теплые помещения, где пировали и ночевали две дружины, где они могли переночевать. Численность обеих дружин могла превышать пять, и даже десять тысяч человек. Значит, в 1147г.

в марте месяце, когда все запасы населения подходили к концу, когда люди с нетерпением ждали майский щавель, на Боровицком холме и в его окрестностях было достаточно пищи, чтобы несколько дней кормить много тысяч здоровых воинов.

Во время пира хозяин ободрил Святослава, обещал помогать ему, щедро наградил своих бояр и гостей, не поскупился на добрые слова и богатые дары для Владимира (племянника Ростислава Рязанского) — своего врага, теребившего налетами Суздальскую землю. Но почему именно в Москве организовал встречу Юрий Долгорукий?

Причин тому было много. Вот некоторые из них.

Во -первых, здесь было место тихое, где можно было пировать в уверенности, что противник не нагрянет внезапно и не испортит радость встречи боевых друзей.

Во -вторых... новгородцы! Юрий Долгорукий чувствовал опасность со стороны Новгорода. Встреча князей-союзников в Москве могла показать северянам, что эта земля находится под пристальным вниманием князя Суздальского.

В-третьих, эта встреча могла припугнуть и местных жителей, продемонстрировав им мощь княжеских дружин. Разве потомкам бродников, основавших здесь села и полившим своим потом местную землю, могло понравиться внедрение в их мирное пространство военизированного княжеского городка?

Встреча в Москве для гостей закончилась. Но трагическая история схватки между боярином Кучкой и князем Долгоруким только начиналась. Крепко повздорили два, по-своему мудрых, по-своему влюбленных в местные дали человека. Историки приводят разные версии причин трагической ссоры. Кто-то считает, что во всем повинна жена Степана Ивановича Кучки — красавица писаная, от которой, по-видимому, и пошла знатная масть московских женщин. Кто-то считает, что Юрия Долгорукого возмутила независимая натура Кучки.

 

Первое упоминание о Москве. Встреча Юрия Долгорукого со Святославом Ольговичем в 1147г.

Все эти и другие версии, конечно же имеют право на существование. Но не про Юрия Владимировича они сочинены. И не потому, что возраст его шестидесятилетний был давно не пылкий. Дело в натуре Юрия Владимировича — человека не воинственного и флегматичного, о чем свидетельствуют военные штрихи его биографии. Такой человек убивать верного боярина из-за женщины вряд ли станет. Злодеем Юрий Долгорукий не был.

Вероятнее всего, причиной ссоры князя с владельцем Красных сел стала непримиримость их взглядов на стратегию развития Московского пространства. Кучка, можно предположить, отстаивал прежнее тихое и мирное существование местных жителей и на приличном расстоянии друг от друга крупных и мелких сел и деревень, не нуждавшихся в укрепленных городах и княжеских дружинах. Юрий Долгорукий ставил перед собой другие цели. Такие непересекающиеся идеи не раз в истории доводили людей до принятия суровых решений.

 

У стен древнего города.

Художник А. Васнецов. 1907г.

Есть еще одна версия, о которой будет рассказано, когда речь пойдет о мести Кучковичей — детей Степана Ивановича. Юрий Долгорукий в пылу гнева приказал казнить боярина, но останавливаться на этом ему было нельзя. Его бы никто не понял, его бы осудили Кучковичи, дети и родственники погибшего, а их в Красных селах было немало, если учесть чрезвычайную плодовитость восточно-европейских жен тех веков (у Долгорукого, например, родилось от двух жен 13 детей).

Конечно, князь мог пренебречь реакцией сыновей и дочерей боярина, но он решил всех задобрить. Он женил, согласно одной из легенд, своего сына Андрея на дочери Кучки — красавице Улите, взял в дружину сыновей Кучки — Якима и Петра. И не догадываясь, что произойдет через некоторое время с этой семьей и со своим сыном, занялся другими проблемами. А русские летописи на целое столетие перестали упоминать о Москве. Этот факт говорит о том, что в XII в. будущая столица великой державы не являлась, как считают некоторые ученые, «бойким узлом торговых и военных дорог» Приокско-Волжского региона, продолжая развиваться в себе самой. В 1147г. Юрий Долгорукий покинул Москву, но не забыл о ней.

БОРЬБА ЗА КИЕВ

В начале 1149г. Мстиславичи, поддержанные новгородцами, ворвались в Суздальскую землю, разграбили и сожгли много слабо укрепленных городов, взяли большую добычу и 7000 пленных и, погоняемые ранней весной, возвратились в свои княжества.

Летом 1149г. Изяслав прогнал из Киева Ростислава (сына Юрия). Тут уж Юрий Владимирович рассердился не на шутку. Князь Суздальский выступил в поход и 23 августа разгромил неподалеку от Переяславля войско противника. Изяслав бежал в Киев, собрал вече и пытался уговорить народ дать бой врагу. Граждане в унынии отвергли его призыв, понимая что город не может постоять за себя.

Изяслав бежал во Владимир Волынский, получил помощь от венгерского короля Гёйзы, от поляков и от Владислава Богемского и продолжил борьбу. Киев несколько раз переходил из рук в руки. Юрию Владимировичу помогал отважный Владимирко Галицкий.

В 1151г. князь Суздальский в очередной раз взял Киев, отказался от мирных переговоров с Изяславом, готовым на любые уступки, лишь бы сохранить мир в стране.

Изяславу нужно было время. Сын Мстислава Великого стал искать союзников, отправил младшего брата в Венгрию. Король Гейза поздней осенью повел войско на Русь, преодолел Карпатские горы, взял Санок, направился к Перемышлю. Владимирко Галицкий, не готовый к войне, подкупил архиепископа и чиновников Гёйзы, и те уговорили короля прекратить на времябоевые действия. Сын Мстислава женился на родственнице короля, и тот выделил ему 10 000 бойцов. Изяслав пошел на Киев.

Андрей Юрьевич не смог задержать врага у Пересопницы, отошел, соединился с дружиной князя Галицкого, и вместе они поспешили за Изяславом. Тот с помощью ложных костров ввел противника в заблуждение, снялся ночью с места, оторвался от преследователей. Владимирко и Андрей надеялись на Бориса Юрьевича, который просто обязан был остановить противника на подступах к Белгороду.

Борис Юрьевич по ночам кутил с воеводами, а днем — отсыпался. Изяслав подошел к Белгороду в разгаре пирушки. Ночь стояла тихая. Воины Изяслава ворвались через крепостные ворота в город, трубачи затрубили, барабанщики громко ударили в барабаны — люд в городе проснулся, дружинники Бориса запаниковали. Пьяный князь с пьяными боярами и воеводами выбежали из дворца, протрезвели вмиг, сели на коней и поскакали прочь.

Прискакал Борис к отцу в Киев и закричал:

— Изяслав в Белгороде! Венгры дали ему большую армию. Мы пропали!

Отец отправился к Днепру, сел в лодку и уплыл в Остер, оставив сына и воевод с боярами в Киеве.

Народ встретил Изяслава с великой радостью, хотя радоваться было еще рано: Владимирко с Андреем приближались с войском к городу. Они могли овладеть столицей без труда. И тогда не поздоровилось бы тем, кто кричал громкие здравицы в честь Изяслава. Великий князь Киевский готовился к продолжению боевых действий. Он не знал, что случилось в стане противника.

Владимирко, услышав о том, как легко его союзники сдали Киев, заявил Андрею:

— Разве можно так беспечно пировать?! Один сын сидел в Пересопнице с дружиной, другой — в Белгороде. Враг прошел через эти города, а сыновья даже не оповестили отца об опасности? Если вы так правите, то я вам ничем помочь не смогу.

Владимирко вернулся в Галицкую землю. Вскоре, однако, он вновь, даже в ущерб своим интересам, помогал Юрию Владимировичу, которому давным-давно дал клятву верности. Умер Владимирко на своей земле, в Галиче, в 1153г.

 

Конное войско

А тогда, в 1151г. Юрий Владимирович с войском, усиленным отрядами половцев, подошел к Днепру. Готовился он к операции тщательно. Переправа была организована быстро. Люди садились в насады, лодки с высокими надставными бортами, и отчаливали. С противоположного берега им навстречу устремились ладьи, изготовленные по проекту Изяслава. Борта у судов были тоже высокие. Но не это являлось находкой киевлян.

Бой разгорелся. Суздальцы рвались к Киеву, но насады, тяжело маневрируя по быстрой воде Днепра, не находили лазейки между ладьями киевлян, которые имели кормчих спереди и сзади. Это позволяло неуклюжим на вид судам моментально менять курс на 180° и вовремя перекрывать бреши.

Первый день битвы закончился ничем.

Утром два войска выстроились друг перед другом. Половцы, воевавшие на стороне Юрия, заволновались, почуяв силу. Андрей Юрьевич ободрил их, увеличил вознаграждение. Успокоил они русских воинов.

Изяслав тоже подбадривал киевлян. Страх — чувство сильное. Когда кричишь на вече: «Я буду воевать!» — его нет. Он приходит позже, когда перед глазами стоит на поле вражья рать, а там бойцы сильные, опытные. Страх — дело общее. Его и побеждать надо сообща. Нельзя корить людей за страх. Его нужно побороть. Изяслав сказал киевлянам самые простые слова, но этого оказалось недостаточно. Страх остался в глазах воинов. Великий князь развернул коня и поскакал один на врага. И цокот копыт тут же убил страх.

Андрей, сын Юрия, тоже бросился в бой. Он поразил несколько киевлян и сломал копье. Под ним ранило коня, с головы князя сорвали шлем. Изяслав тоже сломал копье, был ранен в руку, затем — в ногу. От резкой боли он потерял сознание, слетел с коня.

 

После битвы. Умирающий князь.

Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

В самый ответственный момент половцы покинули войско князя Суздальского. Киевляне усилили натиск и одержали победу. После боя киевляне шли по полю, считали потери. Кто-то обратил внимание на лежавшего воина, кровь заливала его одежду и лицо. Он шевельнулся, тихо произнес:

— Я князь.

— Ты-то нам и нужен, — один из воинов ударил мечом по шлему лежащего.

Шлем выдержал удар. Воин ударил сильнее, затем — совсем сильно. С третьего раза меч пробил шлем. От дикой боли раненый окреп голосом, вскрикнул:

— Я — Изяслав!

—  Кирие элейсон! — закричали киевляне, что в переводе с греческого означает: «Господи, помилуй!».

Победа, однако, не изменила расстановку сил в распре.

Н. М. Карамзин высоко оценивал личностные качества и итоги государственной деятельности Изяслава Мстиславича. «Мужественный и деятельный, он всего более искал любви народной и для того часто пировал с гражданами; говорил на Вечах, подобно Великому Ярославу; предлагал там дела Государственные, и хотел, чтобы народ, исполняя волю государя, служил ему охотно и врагов его считал собственными. Разделив престол с дядею, добродушным и слабым (с Вячеславом Владимировичем. — Авт.), Изяслав в самом деле не уменьшил власти своей, но заслужил похвалу современников; обходился с ним как нежный сын с отцем; один брал на себя труды, опасности, но приписывал ему честь побед своих, и жил сам в нижней части города, уступив Вячеславу дворец Княжеский».

Да, Изяслав Мстиславич был прекрасным политиком — изворотливым, хитрым. Понимая, что Вячеслав имеет право занять великокняжеский стол, сын Мстислава сумел привлечь на свою сторону мягкотелого старика Вячеслава, посадил его в золотую клетку, превратил старшего из Мономашичей в экспонат — важный и дорогостоящий, а сам правил Киевской Русью. Не имея мощной поддержки в стране, он обольстил пирами киевлян. А чтобы любовь была крепче, Изяслав нанимал иностранные войска, которые ходили по землям Галицкого и других княжеств за крупные вознаграждения.

Другие князья русские тоже не гнушались помощью извне, приглашали в дружины половцев, берендеев, торков. Изяслав пошел дальше. Иностранные армии (венгров, богемцев, ляхов...) стали частью его политики. Но эта часть требовала огромных средств, что отрицательно сказывалось на внутриполитическом положении русского государства. Политика, основанная на привлечении наемного войска для решения государственных задач, может иметь успех для конкретного правителя, что и случилось в судьбе Изяслава, который выиграл-таки личный бой с Юрием Долгоруким. Он умер своей смертью, будучи великим князем и, видимо считая себя великим человеком. Но он таковым не был. И тот факт, что его любили киевляне, ровным счетом ни о чем не говорит. Любить то они его любили, но странною любовью: всего один раз жители Киева сподобились встать на его защиту. В остальных же случаях он был вынужден защищаться чужими руками.

ПОСЛЕ СМЕРТИ ИЗЯСЛАВА МСТИСЛАВИЧА

18 ноября 1154г. Изяслав Мстиславич скончался. После его смерти в Киеве правил Ростислав Мстиславич, а 20 марта 1155 г. сан великого князя киевского принял «с общего согласия» Юрий Владимирович Долгорукий.

«Множество людей с великой радостью вышло ему навстречу, — написал об этом дне летописец. — И сел он на столе отца своего, славя Бога». Тот же летописец, до этого подробно, в ярких красках осветивший годы правления главного противника князя Суздальского, теперь создал для Юрия очень громкий, особый титул: «Великий князь Юрий, сын Владимира Мономаха, внук Всеволода, правнук Ярослава, праправнук Великого Владимира, крестившего всю землю Русскую». Такого титула не удостоились ни Мстислав, ни Изяслав, и уже этот факт говорит о том, как высоко оценивали современники деятельность Долгорукого на великокняжеском столе, хотя итоги ее можно признать весьма незначительными. Была только идея собрать Русь: Северную (Новгородскую), Заокскую и Южную.

Юрий Долгорукий занимался этой проблемой еще в 1149г., впервые заняв киевский стол. Он объединил под жесткой властью земли вокруг Киева, стал перераспределять волости, не обращая внимания на наследственные права, а также на права победителей в междоусобных конфликтах. Он повел себя как царь. Царем славным, господином добрым, отцом подданных называли великого князя Изяслава Мстиславича киевляне, а также берендеи и торки, проживавшие в Киевской земле. Удивительное дело! То ли люди не знали, чем в принципе отличается царь от князя, то ли так понравился им обаятельный Изяслав, то ли чем-то не потрафил им Юрий Долгорукий (скорее всего, не потрафил), но его политика не пришлась по душе киевлянам.

 

Великий князь Ростислав-Михаил Мстиславич. Киевляне требуют от великого князя, чтобы он подобно старшему брату уважал дядю своего Вячеслава.

Гравюра Б. Чорикова. XIX в.

Он направил сына Ростислава в Переяславль. Глебу отдал Канев, Борису — Белгород, а Суздаль оставил совсем молодому Василию при тысяцком — старом друге и сподвижнике Георгии Симоновиче. Он вел себя как царь. Он делал то же самое, что делали в те годы вожди племен, обитавших в долинах Забайкальских рек. Только другими средствами, миролюбивыми. Он собирал под единой властью Русь. Это никому не нравилось. Юрий Долгорукий быстро терял авторитет, даже среди союзников. Попытка 1149г. завершилась неудачно. Но и в следующем году князь правил в Киеве по тем же принципам и так же мало. Изяслав одержал над ним верх!

Но в 1155г., когда не стало опасного соперника, появился ли у Юрия Долгорукого хоть один шанс осуществить задуманное? Сын Мономаха вновь продолжил прежнюю политику: роздал сыновьям (а их у него в 1155г. в живых осталось девять) ключевые земли.

Особое внимание при этом он уделил Суздальской области, завещав ее младшим сыновьям от второго брака с Византийской принцессой. Одним лишь завещанием он не отделался: организовал пышные торжества по случаю «крестоцелования» на верность, его детям. Присягнули князю Суздальскому дружина и население. Странный шаг. С одной стороны, Долгорукий пытался собрать Русь под центральной властью Киева; с другой стороны, он, даже обремененный делами в столице, не забыл о своем уделе, основывал в Суздальской земле города, строил каменные церкви и передал быстро усиливающееся княжество младшим детям от второй жены — принцессы Византийской! Он будто бы предвидел большое будущее Заокского региона.

 

Суздаль

Политика создания единодержавного государства стала давать сбой. Сначала Юрию удалось достичь немалых дипломатических успехов, замириться, практически со всеми врагами, но когда они почувствовали, что сын Мономаха мечтает о единодержавии, то стали готовиться к войне. Великий князь принял вызов...

ПОСЛЕДНИЙ ПИР

10 мая 1157г. Петрила, боярин Юрия Долгорукого, пригласил великого князя Киевского на пир. 67-летний сын Мономаха не мог не принять приглашение. Подготовка к новой войне завершалась. Сформировались противоборствующие союзы князей, собраны дружины. Скоро начнутся битвы. Нужно показать всем свое физическое здоровье, свои добрые взаимоотношения с боярами, воеводами, знатными людьми. Нужно хитрить. Киев отдавать врагам Долгорукий не мог. Авторитет и великое прошлое могучего града довлели над ним. Он пошел на пир.

Ночью после пира князь почувствовал себя плохо.

15 мая 1157г. Юрий Долгорукий умер. Его возможный соперник по предстоящей распре Изяслав Давидович, узнав об этом, сказал, подняв руки к небу: «Благодарю тебя, Господи, что ты рассудил меня с ним внезапною смертию, а не кровопролитием!» То был благородный порыв. Киевляне поступили иначе. После смерти Долгорукого они разграбили его дворец и сельскую усадьбу, ворвались в имение суздальских бояр, устроили там погром, а тех, кто оказал сопротивление, убили. Они забыли даже о святом: захотели, чтобы тело Долгорукого лежало рядом с телом Мономаха и предали его земле в Берестовской в обители Спаса.

Дикая толпа мстила Юрию Владимировичу за то, что он пренебрежительно относился к дряхлеющему городу, а значит, и к горожанам — детям стареющего города, избалованным славой предков.

Возникновение Древнерусского Государства